ития народного хозяйства страны произошел в начале 1930 г. и уточненные цифры первого пятилетнего плана были утверждены на XVI съезде ВКП(б).
    В области промышленности начальные и уточненные показатели первого пятилетнего плана выглядели следующим образом: по чугуну вместо 10 млн т было утверждено 17 млн т, по тракторам вместо 53 тыс. шт.- 170, по автомашинам вместо 100 тыс. шт.- 200. Качественные показатели работы промышленности должны были составить к концу пятилетки: по производительности труда предусматривался рост на ПО %, по себестоимости продукции - снижение на 35 %. Поскольку при утверждении новых показателей работы промышленности никого не волновали проблемы их соотнесения с реальными возможностями страны, то их принятие уже в 1930 г. привело к серьезной дезорганизации производства и хроническому невыполнению плановых показателей. Одновременное строительство сотен новых промышленных предприятий, не подкрепленное соответствующими капитальными вложениями, материальными и людскими ресурсами, вело к распылению средств и сил, к появлению большого количества незавершенного строительства. Непосильные темпы развития производства вызывали нарушение технологических требований, многочисленные аварии и поломки оборудования, перебои в снабжении, снижение качества работ и выпускаемой продукции.
   Для того чтобы обеспечить выполнение производственных заданий, стоящих перед промышленностью, требовалось в таких же размерах "подстегнуть" темпы развития сельского хозяйства. Согласно плановым заданиям сельское хозяйство к концу пятилетки должно было сделать огромный скачок в деле социалистического преобразования деревни. Планировалось увеличить посевную площадь на 22 %, урожайность - на 35 %. Экономисты подсчитали, что рост сельскохозяйственного производства, способный обеспечить потребности промышленности, можно достичь при объединении 18-20 % крестьянских хозяйств в колхозы, 85 % их - в кооперативы и при дальнейшем развитии индивидуального крестьянского хозяйства. Однако уже в ноябре 1929 г. была поставлена задача форсировать темпы социалистического преобразования сельского хозяйства, а в январе 1930 г. был утвержден график коллективизации. В соответствии с ним к концу пятилетки в колхозах должно было находиться не 20, а 80-90 % крестьянских хозяйств. Естественно, что достичь этого в столь короткие сроки можно было только путем насилия над крестьянином.
   Итоги первой пятилетки можно рассматривать двояко. С одной стороны, в области промышленности страна в 1928-1932 гг. переживала большой подъем. Не вдаваясь в споры о количественном и качественном выполнении ' показателей первого пятилетнего плана из-за отсутствия сопоставимых показателей для сравнения, заметим лишь, что промышленность страны сделала очевидный шаг вперед. Если за 1928 г. в СССР было произведено 3,3 млн т чугуна, то в 1932 г.- 6,2 млн т, по тракторам рост составил с 1,8 тыс. шт. до 50,8 тыс. шт., по автомобилям - с 0,8 тыс. шт. до 23,9 тыс. шт.
    Другое дело, практически ни один показатель первого пятилетнего плана, не только принятого в 1930 г., но даже оптимального варианта не был выполнен в области промышленности. А в области сельского хозяйства произошел явный откат от результатов, имевшихся в конце нэпа. Если в 1928 г. страна производила 4,9 млн т мяса и сала, то в 1932 г. лишь 2,8 млн т, соответственно по молоку показатели снизились с 31 млн т до 20,6, а по яйцу - с 10,8 млрд шт. до 4,4.
   Но самое главное, неумеренное форсирование темпов экономического развития страны в годы первой пятилетки вызвало настоящую человеческую трагедию. В результате массовой коллективизации было "раскулачено" почти 15 % крестьянства страны, причем его наиболее хозяйственного слоя. Завершение этого процесса привело страну к страшному голоду 1932-1933 гг., когда в мирное время умерло по разным подсчетам от 3 до 10 млн человек. Индустриализация проходила за счет снижения жизненного уровня городского населения, характерным показателем которого являлось существование в 1929-1933 гг. карточной системы снабжения населения.
    Чтобы скрыть от народа действительное положение дел в экономике, сталинское руководство умело манипулировало фактами, часто заменяя их демагогическими рассуждениями. Официальная статистика долгое время не публиковала реальных показателей выполнения первого пятилетнего плана. Однако выводы из уроков первой пятилетки были сделаны, и на XVII съезде ВКП(б) при обсуждении показателей второго пятилетнего плана курс на дальнейшее форсирование экономического развития страны был подвергнут существенной корректировке. В области промышленности были утверждены задания по ежегодному росту производства в 16 % вместо первоначальных 19 %, а в сельском хозяйстве предусматривалось закрепление достигнутых результатов. Однако эта корректировка не внесла изменения в сам курс экономической политики, приоритетом которой все 30-е гг. оставалось первоочередное развитие тяжелой индустрии. Этого можно было достичь только путем ограничения потребления, сокращения производства в тех отраслях, которые работали на потребление, то есть в конечном счете при невысоком жизненном уровне населения страны.
   На реализацию плана второй пятилетки оказывали влияние различные факторы. Некоторое ослабление директивного давления на экономику в начале пятилетки, перестройка органов управления ею привели к тому, что рост промышленной продукции в 1933 г. составил лишь 5 %, в 1934-1936 гг. промышленность набрала высокий темп по 20 % ежегодного прироста, однако массовые репрессии среди инженерно-технических сил и руководителей предприятий привели к падению промышленной продукции в 1937 г. до 11 % и в 1938 г. до 12 %. Особенно сильный удар пришелся по Наркомату тяжелой промышленности, возглавляемому Г. К. Орджоникидзе, и в 1937-1939 гг. выплавка чугуна фактически топталась на месте. В целом, хотя вторая пятилетка в области промышленности оказалась также не выполненной по основным показателям, однако промышленность в эти годы развивалась более динамично, чем в первой пятилетке. В результате героического вклада рабочего класса был обеспечен существенный прирост производительности труда.
   Сельское хозяйство страны в годы второй пятилетки продолжало оставаться в сложном положении и так и не смогло выйти из кризиса, в который оно попало в результате коллективизации. В эти годы завершался процесс сплошной коллективизации, так как к началу второй пятилетки в деревне сохранилось еще около 5 млн единоличных хозяйств. Несмотря на значительный рост посевных площадей, главным образом в восточных районах страны, где "раскулаченные" крестьяне осваивали целинные и залежные земли, только к началу 40-х гг. удалось вывести сельскохозяйственное производство на уровень 1928 г., при этом продукция животноводства вышла на этот уровень лишь в начале 50-х гг.
    Третий пятилетний план развития народного хозяйства СССР по основным экономическим приоритетам шел в русле политики, избранной сталинским руководством в начале 30-х гг. Его особенностью было то, что он должен был, используя достижения в области промышленности, направить их на обеспечение обороноспособности страны. Его осуществление было осложнено как внутренними проблемами, которые проявили себя во второй половине 30-х гг., так и изменением международного положения СССР.
   Оценивая итоги экономического развития страны в 30-е гг., нужно иметь в виду следующее. Его результатом был выход СССР на первое место в Европе и на второе в мире по объему промышленного производства. В стране были созданы новые отрасли промышленного производства, отсутствующие в царской России и способные производить оборудование различного назначения, не уступающие мировым аналогам. Реальные темпы развития промышленности в 1928-1940 гг. оказались ниже, чем в годы нэпа, но все же достаточно высокими по сравнению с другими странами мира. За эти годы они составили, по официальным данным, 17 % в год, а в пересчете современных исследователей - 9 %. Более однородной стала социальная структура населения, что отвечало доктринальным стремлениям большевиков. Сталинская пропаганда после окончания Великой Отечественной войны доказывала, что именно в результате экономических успехов, достигнутых в 30-е гг., была обеспечена победа советского народа в войне с фашистской Германией.
   Однако нужно видеть и цену достигнутых экономических результатов. Высокие темпы экономического развития поддерживались за счет снижения жизненного уровня населения страны. Еще сильнее проявила себя в 30-е гг. диспропорция в развитии различных отраслей народного хозяйства: деградация деревни была оборотной стороной прогресса тяжелой индустрии. Социальная однородность населения обернулась появлением маргинальных слоев в структуре советского общества, которые не могли до конца осознавать свои интересы и становились объектом манипулирования со стороны властных структур. Значительное место в советском обществе отводилось заключенным, которые рассматривались не только как источник дешевой рабочей силы, но и как способ избавления от инакомыслящих. Что касается победы над Германией, то она была достигнута половиной того экономического потенциала, который имелся в СССР накануне Великой Отечественной войны.

    
сс. 175 - 179


Следующий раздел лекции   Важнейшие даты и события

Переход к лекциям [1] [2] [3] [4] [5] [6] [7] [8] [9] [10] [11] [12][13] [14] [15] [16] [17] [18] [19] [20] [21] [22]

История России Историки России История Урала История Оренбуржья Курс лекций Планы практических занятий Тесты Художественная литература Советы и рекомендации Учебные вопросы Литературные задачи Биографические задачи Проблемные задания Библиотеки Документы Хронология Исторический календарь Архив Ссылки Карта проекта Автор Обновления Титульная страница

Rambler's Top100 Союз образовательных сайтов

© Заметки на полях. УМК. 1999 - 2008

0 264636 0 272113 Письмо Горького Ворошилову - 1934 г.

" ... По праву советского гражданина" 

А. М. Горький  - К. Ворошилову

 После 8 ноября 1934 г. 

Дорогой Климент Ефремович, - "хорошие слова" сказаны мною Вам, конечно, не только по "формальному" поводу 17-й годовщины [Октябрьской революции. - Ред] , а по праву советского гражданина, не чуждого великолепной работе партии, искренне восхищенного работой ее неутомимых вождей, искренне и любовно уважающего их. Поверьте, что хороших слов я не скажу плохи