о Георгий и Ярослав удержали их. Тогда Князь Новогородский, сказав: "гора не защитит и не победит нас; пойдем с Богом и с чистою совестию", велел своим готовиться к битве. На одном крыле стоял Владимир Рюрикович Смоленский, на другом Константин, в средине Мстислав с Новогородцами и Князь Псковский. Учредив строй, обозрев все ряды, Мстислав ободрил воинов краткою речью. "Друзья и братья! - говорил он: - Мы вошли в землю сильную: станем крепко, призвав Бога помощника. Да никто не озирается вспять: бегство не спасение. Кому не умереть, тот будет жив. Забудем на время жен и детей своих. Сражайтесь, как хотите: пешие или на конях". Новогородцы ответствовали: "Сразимся пешие, как отцы наши под Суздалем". [21 апреля 1216 г.] Оставив коней, они сбросили с себя одежду, даже сняли сапоги, и с громким кликом устремились вперед; за ними Мстислав и дружина конная. Ни крутизна, ни ограда не могли удержать их стремления. Смоляне также пешие вступили в бой, не хотев ждать Воеводы своего, который упал с коня в дебри. Князь Новогородский, видя кровопролитие, сказал Владимиру Псковскому: "не выдадим добрых людей!" - и мгновенно опередил всех; имея в руке топор, три раза с дружиною проехал сквозь полки неприятельские, сек головы, оставлял за собою кучи трупов. Летописцы живо представляют ужас сей битвы, говоря, что сын шел на отца, брат на брата, слуга на господина: ибо многие Новогородцы сражались за Ярослава; многие единокровные стояли друг против друга под знаменами Георгия и Константина. Победа не была сомнительною. Новогородцы, Смоляне дружным усилием расстроили, смяли врагов и, торжествуя, показывали в руках своих хоругви Ярославовы. Еще Георгий стоял против Константина; но скоро обратился в бегство за Ярославом. "Друзья! - сказал Князь Новогородский своим храбрым воинам: - не время думать о корысти; надобно довершить победу", - и Новогородцы, ему послушные, не хотели прикоснуться к добыче, с жаром гнали Суздальцев, топили их в реках, осуждая Смолян, которые обдирали мертвых и грабили обозы неприятеля.

Урон был велик только со стороны побежденных: их легло на месте 9233 человека. В остервенении своем не двая никому пощады, воины Мстиславовы взяли не более 60 пленников; а Смоляне нашли в Георгиевом стане и договорную грамоту ѽии к своим, туземным. Разбирая в прошлый час сохранившиеся в Правде признаки ее происхождения, я уже привел несколько образчиков такого казуального отношения к переводным дополнительным статьям Кормчей. Этот способ, конечно, имел свое и важное дидактическое значение в развитии русского правоведения: он приучал правоведов различать и определять людские отношения, вникать в смысл и дух правоведения в отношении права к жизни - словом, вырабатывал и изощрял юридическое мышление. Отсюда же Русская Правда усвоила и одну внутреннюю особенность византийской синоптической кодификации.
   Эта кодификация стояла под двойным влиянием - римской юриспруденции и христианской проповеди. Первая внесла в нее прием юридического трактата, вторая - прием религиозно-нравственного назидания. Оба приема сливаются у византийского кодификатора в наклонность оправдывать, мотивировать закон.
   Наш памятник по мере сил подражал этой наклонности. Мотивы очень разнообразны: ими служат как психологические и нравственные побуждения, так и практические цели, житейские расчеты. Одна статья Русской Правды гласит,что холопы за кражу не подлежат пене в пользу князя, "зане суть несвободни".
   По другой статье заимодавец, давший взаймы более 3 гривен без свидетелей,терял право иска. Судья обязан был объяснить истцу отказ в иске резолюцией,смысл которой, придерживаясь ее драматической формы, можно передать так: "Ну, брат, извини, сам виноват, что так раздобрился, поверил в долг столько денег без свидетелей".
МАТЕРИАЛЬНЫЙ. Как ни важен сам по себе формальный способ пользования источниками со стороны Русской Правды, для истории положительного права важнее другой способ, материальный; зато он менее уловим. Легко подыскать в источнике статью,нормирующую одинаковый с известной статьей Правды юридический казус;гораздо труднее угадать, как создалась в последней самая норма, непохожая на соответствующую статью источника. Остановимся прежде всего на одном внешнем библиографическом наблюдении.
ОРИГИНАЛЬНЫЕ ДРЕВНЕРУССКИЕ НОРМЫ. В древнерусской юридической,преимущественно церковно-юридической, письменности встречаем одинокие статьи русского происхождения, как будто случайно попавшие в то место, где мы их находим, не имеющие органической связи с памятником, к которому они прицеплены. В нашей старинной письменности обращалась компиляция, носящая название Книг Законных, исследованная и изданная покойным профессором канонического права А. С.Павловым. Это - сборник, составленный из нескольких памятников византийского права в славянском переводе; между ними помещался и Закон о казнех, перевод уголовного титула из известного нам Прохирона. Греко-римское право не допускало брака госпожи со своим рабом. По статье упомянутого титула бездетная вдова, сблизившаяся со своим рабом, подвергалась острижению и телесному наказанию, а если имела законных детей, лишалась еще в пользу их своего имущества, кроме доли, необходимой на прожиток. Русский переводчикили кто другой прибавил к этой византийской статье свою собственную,совершенно несогласную с византийским правом: по ней брак вдовы со своим рабом не только является возможным, но и сопровождается для нее лишь обычными юридическими последствиями вторичного замужества. Эта статья не попала в отдел Русской Правды о семейном праве. Не попала в Правду и русская статья, находящаяся среди статей Эклоги в одном древнем списке Мерила Праведного и носящая заглавие "О уставленьи татьбы". Здесь устанавливается подсудность дел о краже, когда поличное и сам вор окажутся в другом округе (волости), не в том, где совершена кража. Другие такие же бродячие статьи попадали только в некоторые списки Правды более позднего времени, не попав в древнейшие. Так, в одном списке Правды XV в. помещена статья о человеке,обманам, под предлогом какого-либо предприятия или поручения, выманившем у кого-либо деньги ("полгав куны у людей") и убежавшем в чужую землю: это преступление приравнивается по презумпции к татьбе, а не к торговой несостоятельности, несчастной или какой-либо иной, наказуемой несходно с татьбой. Статья помещена не на месте, не среди статей о татьбе, а в конце,как прибавление, рядом с другой, также не попавшей на свое место позднейшей статьей о вознаграждении человека, несправедливо по чьему-либо иску подвергшегося аресту или наказанию кнутом. В некоторых списках Правды находим другие вставные или приписные статьи, не нашедшие себе места в других списках. Одна из них, о бесчестьи, особенно неудачно помещалась в Правде: это, как увидим при разборе Ярославова церковного устава, схолия,или, точнее, примечание к одной из его статей, без которой она совершенно непонятна, она не имеет связи ни с какой статьей Правды, однако приписывалась обыкновенно к последней и, сколько мне известно, ни в одном списке не поставлена на своем месте в Ярославовом уставе. Встречаем, наконец, статьи, даже целые группы статей, обращавшихся в письменности отдельно и вместе с тем вошедших во все списки пространной Правды с некоторыми текстуальными изменениями или в редакционной переработке, но с сохранением сущности содержания. В отделе Правды о холопстве есть статья, ограничивающая источники неволи: человек, отданный или поступивший в срочную работу за долг, за прокорм или за ссуду под работу, не считается холопом, может уйти от хозяина до срока, только обязан вознаградить его, т. е. уплатить долг или ссуду, либо заплатить за прокорм. Один из этих случаев, исключающих порабощение, сходно формулирован в одном из русских прибавлений к болгарской компиляции. Закону Судному: кто отдается в работу в голодное время, не становится холопом одерноватым, т. е. полным,"дернь ему не надобе". он может уйти, только заплатив 3 гривны, разумеется, если не заработал прокорма, а исполненная работа в счет не идет. "служил даром".
СФЕРА, ГДЕ ОНИ ВЫРАБАТЫВАЛИСЬ. Я привел далеко не все известные статьи такого рода. Дальнейшее изучение древнерусской письменности, вероятно,увеличит их количество, и теперь уже довольно значительное. Они вскрывают процесс, бросающий свет на составление Русской Правды. Видим, что систематической кодификации, из которой выходили памятники, подобные Русской Правде, предшествовала частичная выработка отдельных норм, которые потом подбирались в более или менее полные своды или по которым перерабатывались своды, раньше составленные. Где, в какой общественной среде происходила эта важная для истории нашего древнего права работа? Вы, вероятно,догадываетесь, какую среду я назову: это была сфера церковной юрисдикции, т. е. та часть духовенства, пришлого и туземного, которая, сосредоточиваясь около епископских кафедр, под руководством епископов служила ближайшим орудием церковного управления и суда. Никакой другой класс русского общества не обладал тогда необходимыми для такой работы средствами, ни общеобразовательными, ни специально-юридическими. От XI и XII вв. до нас дошло несколько памятников, ярко освещающих ход этой работы.   Переход от язычества к христианству сопряжен был с большими затруднениями для неопытных христиан и их руководителей. Подчиненные церковные правители, судьи,духовники, обращались к епископам с вопросами по делам своей компетенции,возбуждавшим недоумения, и получали от владык руководительные ответы .
Вопросы относились большею частью к церковной практике и христианской дисциплине, но касались нередко и чисто юридических предметов, роста и лихоимства, церковных наказаний за убийство и другие уголовные преступления,брака, развода и внебрачного сожительства, крестоцеловання как судебного доказательства, холопства и отношения к нему церковного суда. Рядом с вопросом, в какой одежде пристойно ходить христианину, и ответом - в чем хотят, беды нет, хотя бы и в медвежине - спрашивали, как наказывать рабов,совершивших душегубство, и получали ответ: половинным наказанием и даже легче того, потому что несвободны. Пастырские правила применялись к судебной практике, становились юридическими нормами и находили себе письменное изложение в виде отдельных статей, которые записывались где приходилось. Эти рассеянные статьи потом подбирались в группы и в целые своды, иногда с новой переработкой, в более или менее измененной редакции.
ИХ ПОДБОР В РАЗНЫХ СПИСКАХ ПРАВДЫ. Есть признаки, позволяющие предполагать участие такой частичной выработки и разновременного подбора статей в составлении Русской Правды. Этим можно объяснить несходство списков Правды в количестве, порядке и изложении статей. Мы различаем две основные редакции памятника, краткую и распространенную. Краткая состоит из двух частей: одна содержит в себе небольшое количество статей (17) об убийстве побоях, о нарушении права собственности и способах его восстановления, о вознаграждении за порчу чужих вещей; вторая излагает ряд постановлений,принятых на съезде старших Ярославичей, о пенях и вознаграждениях за те же преступления против жизни и имущества, а также о судебных пошлинах и расходах. В пространной редакции статьи краткой развиты и изложены стройнее и обстоятельнее, причем постановления княжеского съезда включены в общий распорядок свода. Можно было бы принять краткую редакцию за выборку из пространной, если бы этому не мешали два препятствия. По одной статье краткой редакции за холопа, нанесшего удар свободному человеку, господии;его платит пеню, если не хочет выдать его, а затем, где потерпевший встретит того холопа, "да бьют (убьют) его". Воспроизводя эту статью, пространная редакция прибавляет, что при встрече с тем холопом Ярослав уставил было убить его, но сыновья Ярослава предоставили оскорбленному либо побить холопа, либо взыскать деньги с его господина "за сором". Значит, статья краткой редакции считалась выражением устава самого Ярослава. С другой стороны, как мы видели, вторая часть краткой редакции в пенях за правонарушения держится более древнего денежного счета, чем пространная .
Итак, краткую редакцию можно признать первым опытом кодификационного воспроизведения юридического порядка, установившегося при Ярославе и его сыновьях. Но отсюда, конечно, не следует, что это настоящая Ярославова Правда. Пространная редакция является другим, более обработанным опытом воспроизведения того же порядка с прибавлением норм, установленных законодательством Мономаха и дальнейшей практикой. Но трудно разделить отчетливо в составе этой редакции все ее разновременные составные части. В древних списках это делалось довольно механически. Почти в середине памятника, после статьи "о месячном резе" (росте) следовало в повествовательном изложении постановление об ограничении роста, состоявшееся на совещании великого князя Владимира Мономаха с тысяцкими и другими боярами. Здесь и проводили раздельную черту между двумя частями, на которые делили Правду: статьям до этого постановления давали заглавие Суд или Устав Ярославль Володимерич, а над дальнейшими статьями ставили заглавие: Устав Володимерь Всеволодича. Но эти заглавия относятся только к первым статьям обеих частей. Заглавие над первой статьей об убийстве значит: вот как судилось убийство Ярославом, или при Ярославе - мстили за убитого его кровные родные: брат, отец, сын и т.д., а при отсутствии таких законных мстителей платилась денежная пеня, вира. Но, гласит вторая статья, сыновья Ярослава отменили месть и узаконили виру. На самом деле Правда состоит не из двух разновременных частей, а гораздо сложнее: это можно заметить,сопоставив друг с другом некоторые статьи из разных ее частей. В некоторых статьях сохранились даже косвенные указания на время, когда они были редактированы. Так, одна статья назначает 12 гривен пеня за удар необнаженным мечом, а другая - только 3 гривны за удар мечом обнаженным,даже причинивший рану, лишь бы не смертельную. Одна статья карает 12 гривнами кун за удар батогом, а другая только 3 гривнами за удар жердью, не менее обидный для чести.
В краткой Правде и назначена одинаковая пеня за обе обиды. Видимое разногласие статей объясняется составом Правды. В древних списках Кормчей и Мерила Праведного помещался частичный свод статей "о послухах", извлеченный из византийских источников; но некоторые статьи, очевидно, русского происхождения.
Отсюда и взяты упомянутые статьи Правды с 3-гривенными пенями; только самые пени здесь определены иначе. За удар жердью статья свода о послухах не полагает определенной пени, предоставляя это усмотрению судей, "во что обложат". Это признак более древней редакции. Но за удар обнаженным мечом положено не 3, а 9 гривен. Так по одним спискам свода; по другим - 3 гривны. Здесь нет разногласия.
Статья Правды с 12-гривенной пеней за удар необнаженным мечом редактирована во второй половине XII в., когда ходила гривна кун в одну четверть фунта. Это дает повод предполагать, что при полуфунтовой гривне кун за такое оскорбление взыскивалась пеня в 6 гривен кун; такая именно такса и сохранилась в новгородском договоре с немцами 1195 г.: за удар "оружием" 6 гривен "старых", т.е. полуфунтовых. Номы увидим в свое время, что в промежутке между гривнами кун в половину и в одну четверть фунта, именно около половины XII в. ходили гривны кун весом около одной трети фунта. Русские статьи в своде о послухах редактировались около половины XII в., при третной гривне кун: 6-гривенная пеня и была в нем переверстана в 9-гривенную, а в другой его редакции переложена в фунты, в 3 гривны серебра, и в таком виде эти статьи попали в Правду вслед за статьями, уже формулировавшими подобные же правонарушения, только с пенями, высчитанными по другой денежной единице (12 гривен кун четвертных). А так как постановления Мономаха о росте рассчитаны,несомненно, по полуфунтовой гривне кун, то можно сказать, что в таксе денежных взысканий Русской Правды отразились все денежные курсы, испытанные русским рынком в XII в. Разновременный состав Правды открывается из разбора и других ее мест. Так, по одной статье за кражу, совершенную холопом, нет пени в пользу князя, потому что вор - несвободный человек, а господин его платит потерпевшему двойную стоимость украденного. По статье в другом месте Правды за кражу коня холопом взыскивается, разумеется с его господина, такая же плата, как и со свободного за то же преступление. По третьей статье в конце Правды господину холопа-вора предоставляется или "выкупать" его,платить за него, или выдать его потерпевшему, о чем умалчивают другие статьи. Можно подумать, что каждая следующая статья отменяет предыдущую.
Но это едва ли так: ближе подходит к характеру памятника предположение,что эти статьи принадлежат к разновременным его частям и формулируют сходные, но не тождественные случаи, различие которых не выражено ясно редакцией статей.
Надобно помнить, что в Русской Правде мы имеем дело не с законодательством, заменяющим одни нормы другими, а со сводной кодификацией,старавшейся собрать в одно целое всякие нормы, какие она находила в своих источниках.
СОБИРАТЕЛЬНЫЙ ХАРАКТЕР СПИСКОВ. В разных списках Правды слишком явственно сказывается это стремление. Среди статей по семейному праву вставлены таксы вознаграждения городнику, ведавшему городские укрепления, и мостнику за постройку и починку мостов, а в конце Правды по некоторым спискам приписан устав о распределении мостовой повинности между частями Новгорода и, как мы видели, несколько статей, относящихся к разным отделам Правды. Одна статья Правды определяет годовой рост с занятого капитала в 50%. По этой схеме какой-то сельский хозяин, кажется Ростовской области,положив в основу инвентарь своего села, составил математический, т. е. фантастический расчет, сколько в 12 или 9 лет получится приплода от его скота и пчел, прибыли от высеваемого хлеба и пяти стогов сена, а также сколько причтется платы за 12-летнюю сельскую работу женщине с дочерью. Этот расчет, обильный любопытными чертами русского сельского хозяйства в XIII, а судя по денежному счету, даже в XII в., является в некоторых списках Правды неожиданным прибавлением к помянутой статье о росте. Такие вставки мешают точно различить составные части памятника и уловить порядок в расположении его статей. Выдаются только некоторые группы статей с признаками, что это были отдельные частичные своды одной редакции. Таковы, например, отделы Правды о порче или похищении разных хозяйственных статей и принадлежностей,о семейном праве, о холопстве. В распорядке предметов можно заметить тенденцию идти от наиболее тяжких преступлений к более легким, а от них переходить к постановлениям, которые можно было бы отнести к области гражданского права.
Итак, Русская Правда есть свод разновременных частичных сводов и отдельных статей, сохранившийся притом в нескольких редакциях, тоже разновременных. Что можно в ней назвать Правдой Ярослава - это небольшое количество древнейших статей свода, воспроизводящих юридический порядок времен этого князя. Теперь мы, кажется, достаточно подготовились, чтобы подойти к главной цели историко-критического разбора Русской Правды, к решению вопроса, насколько полно и верно воспроизводит она право, действовавшее в ее время. Это, собственно, вопрос о том, как воспользовалась Правда материальным содержанием своих источников, особенно главного из них, того русского закона, о котором мы говорили в прошлый раз.
СФЕРА ПРАВДЫ. По самому своему происхождению и назначению Русская Правда, как мы говорили, не могла захватывать всей области современного ей русского права. Она держалась в пределах церковной юрисдикции по нецерковным делам, простиравшейся на духовенство и церковных мирян. Потому, с одной стороны. Правда не касается политических дел, не входивших в церковную компетенцию, а с другой - дел духовно-нравственного характера, которые судились по особым церковным законам. В остальных делах ей предстояло воспроизводить практику княжеского суда с теми отступлениями, какие допускал церковный суд в силу данных ему на то полномочий.
Отношение Русской Правды к современному ей русскому праву, именно к тогдашней практике княжеского суда, - это предмет, заслуживающий целого специального исследования. Я ограничусь немногими указаниями, какие представляются мне наиболее характерными.

Продолжение лекции


История России Историки России История Урала История Оренбуржья Курс лекций Планы практических занятий Тесты Художественная литература Советы и рекомендации Учебные вопросы Литературные задачи Биографические задачи Проблемные задания Библиотеки Документы Хронология Исторический календарь  Архив Ссылки Карта проекта Автор Обновления Титульная страница

Rambler's Top100 Союз образовательных сайтов

© Заметки на полях. УМК. 1999 - 2008