Нечаев С. Г. «Катехизис революционера» 

Нечаев Сергей Геннадьевич (1847 — 1882), участник российского ре

волюционного движения. Организатор тайного общества «Народная расправа». В 1869 г. в Москве убил по подозрению в предательстве студента И. И. Иванова и скрылся за границу. В 1872 г. выдан швейцарскими властями царскому правительству. Умер в Алексеевском равелине Петропавловской крепости.
(Орфография автора)[/font]

1869
 

«Отношение революционера к самому себе»

«§ 1. Революционер - человек обреченный. У него нет ни своих интересов, ни дел, ни чувств, ни привязанностей, ни собственности, ни даже имени. Все в нем поглосчено  единственным исключительным интересом, единою мыслью, единою страстью - революцией.
§ 2. Он в глубине своего сусчества, не на словах только, а на деле, разорвал всякую связь с гражданским порядком и со всем образованным миром и со всеми законами, приличиями, обсчепринятыми условиями, нравственностью этого мира. Он для него - враг беспосчадный, и если он продолжает жить в нем, то для того только, чтоб его вернее разрушить.
§ 3. Революционер презирает всякое доктринерство и отказался от мирной науки, предоставляя ее будусчим поколениям. Он знает только одну науку, науку разрушения. Для этого, и только для этого, он изучает теперь механику, физику, химию, пожалуй, медицину. Для этого изучает он дено и носчно живую науку людей, характеров, положений и всех условий настоясчаго обсчественаго строя, во всех возможных слоях. Цель же одна -  наискорейшее и наивернейшее разрушение этого поганаго строя.
§ 4. Он презирает обсчественое мнение. Он презирает и ненавидит во всех ея побуждениях и проявлениях нынешнюю об-счественную нравственность. Нравствено для него все, что способствует торжеству революции.
Безнравственно и преступно все, что мешает ему.
§ 5. Революционер - человек обреченый. Беспосчадный для государства и вообсче для всего сословно - образованаго обсчества, он и от них не должен ждать для себя никакой посчады. Между ними и им сусчествует тайна или явная, но непрерывная и непримиримая война на жизнь и на смерть. Он каждый день должен быть готов к смерти. Он должен приучить себя выдерживать пытки.
§ 6. Суровый для себя, он должен быть суровым и для других. Все нежныя, изнеживаюсчия чувства родства, дружбы, любви, благодарности и даже самой чести должны быть задавлены в нем единою холодною страстью рёволюционаго дела. Дли него сусчествует только одна нега, одно утешение, вознаграждение и удовлетворение - успех революции. Дено и носчно должна быть у него одна мысль, одна цель - беспосчадное разрушение. Стремясь хладнокровно и неутомимо к этой цели, он должен быть всегда готов и сам погибнуть и погубить своими руками все, что мешает ея достижению.
§ 7. Природа настоясчаго революционера исключает всякий романтизм, всякую чувствительность, восторженность и увлечение. Она исключает даже личную ненависть и мсчение. Револю-ционерная страсть, став в нем обыденностью, ежеминутностью, должна соединиться с холодным расчетом. Всегда и везде он должен быть не то, к чему его побуждают влечения личныя, а то, что предписывает ему обсчий интерес революции.

Отношение революционера к товарисчам по революции

§ 8. Другом и милым человеком для революционера может быть только человек, заявивший себя на деле таким же революционым делом, как и он сам. Мера дружбы, преданости и прочих обязаностей в отношении к такому товарисчу определяется единствено степенью полезности в деле всеразрушительной практической революции.
§ 9. О солидарности революционеров и говорить нечего. В ней вся сила рёволюционаго дела. Товарисчи - революционеры, стоясчие на одинаковой степени рёволюционаго понимания и страсти, должны, по возможности, обсуждать все крупныя дела вместе и решать их единодушно. В исполнении таким образом решенаго плана, каждый должен расчитывать, по возможности, на себя. В выполнении ряда разрушительных действий каждый должен делать сам и прибегать к совету и помосчи товарисчей только тогда, когда это для успеха необходимо.
§ 10. У каждого товарисча должно быть под рукою несколько революционеров второго и третьяго разрядов, то есть не совсем посвясченых. На них он должен смотреть, как на часть обсчаго рёволюционаго капитала, отданаго в его распоряжение. Он должен экономически тратить свою часть капитала, стараясь всегда извлечь из него наибольшую пользу. На себя он смотрит, как на капитал, обреченный на трату для торжества рёволюционаго дела. Только как на такой капитал, которым он сам и один, без согласия всего товарисчества вполне посвясченых, распоряжаться не может.
§ 11. Когда товарисч попадает в беду, решая вопрос спасать его или нет, революционер должен соображаться не с какими - нибудь личными чувствами, но только с пользею революцйонаго дела. Поэтому он должен взвесить пользу, приносимую товарисчем - с одной стороны, а с другой  - трату революционных сил, потребных на его избавление, и на которую сторону перетянет, так и должен решить.

Отношение революционера к обсчеству

§ 12. Принятие новаго члена, заявившаго себя не на словах, а на деле, в товарисчество не может быть решено инача, как единодушно.
§ 13. Революционер вступает в государственный, сословный и так называемый образованый мир и живет в нем только с велю [так у автора] его полнейшаго, скорейшаго разрушения. Он не революционер, если ему чего-нибудь жаль в этом мире. Если он может остановиться перед истреблением положения, отношения или какого-либо человека, принадлежасчаго к этому миру, в котором - все и все должны быть ему равно ненавистны.
Тем хуже для него, если у него есть в нем родственыя, дружеския или любовныя отношения; он не революционер, если они могут остановить его руку.
§ 14. С целью беспосчаднаго разрушения революционер может, и даже часто должен, жить в обсчестве, притворясь совсем не тем, что он есть. Революционеры должны проникнуть всюду, во все слои высшия и средния, в купеческую лавку, в церковь, в барский дом, в мир бюрократический, военый, в литературу, в третье отделение и даже в зимний дворец.
§ 15. Все это поганое обсчество должно быть раздроблено на несколько категорий. Первая категория - неотлагаемо осуж-деных на смерть. Да будет составлен товарисчеством список таких осужденых по порядку их относительной зловредности для успеха революцйонаго дела, так чтобы предидусчие нумера убрались прежде последуюсчих.
§ 16. При составлении такого списка и для установления вышереченаго порядка должно руководствоваться отнюдь не личным злодейством человека, ни даже ненавистью, возбуждаемой им в товарисчестве или в народе.
Это злодейство и эта ненависть могут быть даже отчасти и кремего [так у автора] полезными, способствуя к возбуждению народного бунта. Должно руководствоваться мерою пользы, которая должна произойти от его смерти до революционного дела. Итак, прежде всего должны быть уничтожены люди, особенно вредные для революционен организации, и такие, внезапная и насильственая смерть которых может навести наибольший страх на правительство и, лишив его умных и энергических деятелей, потрясти его силу.
§ 17. Вторая категория должна состоять именно из тех людей, которым даруют только времено жизнь, дабы они рядом зверских поступков довели народ до неотвратимаго бунта.
§ 18. К третьей категории принадлежит множество высокопоставленых скотов или личностей, не отличаюсчихся ни особеным умом, ни энергиею, но пользуюсчихся по положению богатством, связями, влиянием и силою. Надо их эксплуатировать всевозможными манерами и путями: опутать их, сбить их с толку, и, овладев, по возможности, их грязными тайнами, сделать их своими рабами. Их власть, влияние, связи, богатство и сила сделаются таким образом неистосчимой сокровисчницей и сильною помосчью для разных революционых предприятий.
§ 19. Четвертая категория состоит из государственых честолюбцев и либералов с разными отенками. С ними можно конспирировать по их програмам, делая вид, что слепо следуешь за ними, а между тем прибрать их в руки, овладеть всеми их тайнами, скомпрометировать их до нельзя, так чтоб возврат был для них невозможен, и их руками и мутить государство.
§ 20. Пятая категория - доктринеры, конспираторы и революционеры в праздно - глаголюсчих кружках и на бумаге.
Их надо беспрестано толкать и тянуть вперед, в практичныя головоломныя заявления, результатом которых будет безследная гибель большинства и настоясчая революционая выработка немногих.
§ 21. Шестая и важная категория - женсчины, которых должно разделить на три главных разряда.
Одне - пустыя, обезсмысленыя и бездушныя, которыми можно пользоваться, как третьего и четвертою категориею мужчин.
Другия - горячие, преданыя, способныя, но не наши, потому что не доработались есче до настоясчаго безфразнаго и фактического революцйонаго понимания. Их должно употреблять, как мужчин пятой категории.
Наконец, женсчины совсем наши, то есть вполне посвясченые и принявшия всецело нашу програму. Они нам товарисчи. Мы должны смотреть на них, как на драгоценейшее сокровисче наше, без помосчи которых нам обойтись невозможно,

Отношение товарисчества к народу

§ 22. У товарисчества ведь [так у автора] другой цели, кроме полнейшаго освобождения и счастья народа, то есть чернорабочего люда. Но, убежденые в том, что это освобождение и достижение этого счастья возможно только путем всесокрушаюсчей народной революции, товарисчество всеми силами и средствами будет способствовать к развитию и разобсчению тех бед и тех зол, которые должны вывесть, наконец, народ из терпения и побудить его к поголовному возстанию.
§ 23. Под революциею народною товарисчество разумеет не регламентированое движение по западному классическому образует движение, которое всегда останавливаясь с уважением перед собственостию и перед традициями обсчественых порядков так называемой цивилизации и нравственности, до сих пор ограничивалось везде низвержением одной политической формы для замесчения ее другою и стремилось сосдать так называемое революционое государство. Спасительной для народа может быть только та революция, которая уничтожит в корне всякую госу-дарственость и истребит все государственыя традиции, порядки и класы в Росии.
§ 24. Товарисчество поэтому не намерено навязывать народу какую бы то ни было организацию сверху. Будусчая организация без сомнения вырабатывается из народнаго движения и жизни. Но это - дело будусчих поколений. Наше дело - страстное, полное, повсеместное и беспосчадное разрушение.
§ 25. Поэтому, сближаясь с народом, мы прежде всего должны соединиться с теми элементами народной жизни, которые со времени основания московской государственой силы не переставали протестовать не на словах, а на деле против всего, что прямо или косвено связано с государством, против дворянства, против чиновничества, против попов, против гилдейскаго мира И против кулака-мироеда. Соединимся с лихим разбойничий миром, этим истиным и единственым революционером в Росии.
§ 26. Сплотить этот мир в одну непобедимую, всесокрушаюсчую силу  - вот вся наша организация, конспирация, задача» 

Родина. 1990. N° 2. С. 82-83


История России Историки России История Урала История Оренбуржья Курс лекций Планы практических занятий Тесты Художественная литература Советы и рекомендации Учебные вопросы Литературные задачи Биографические задачи Проблемные задания Библиотеки Документы Хронология Исторический календарь  Архив Ссылки Карта проекта Автор Обновления Титульная страница

Rambler's Top100 Союз образовательных сайтов

© Заметки на полях. УМК. 1999 - 2008