Иловайский  Д. И. Краткие очерки русской истории

--------------------------

Отделение второе

Русь Московская и Литовская*

Унитожение удельно - вечевого порядка в сееро-восточной Руси и успехи монархической васти в Московском гоударс

тве

1462-1478 - 1480 - 1505 - 1510 - 1533 - 1547 - 1552 - 1582 - 1584


(Продолжение)

ИОАНН IV ГРОЗНЫЙ. 1522-1584

   Елена и времена боярского самовластия. После Василия . тались два малолетние сына Иоанн и Юрий. Народ присягнул Иоанну; правительницею была объявлена мать его Елена, женщина с умом и очень решительным характером. Наибольшей ее доверенностью пользовался молодой князь Телепнев-Оболенский. Разного рода интриги и крамолы не замедлили обнаружиться ся при Московском дворе; жертвою этих интриг, между прочим сделались братья покойного государя Юрий и Андрей Старицкие; их обвинили в честолюбивых замыслах, заключили в темницу, где они и окончили свою жизнь. Та же участь постигла дядю Елены Михаила Глинского, который хотел играть первую роль при дворе и не мог ужиться в мире с Оболенским. Правление Елены, не отмеченное никакими особенно важными событиями внутренней или внешней политики, продолжалось пять лет; говорят, ее отравили бояре (1538 г.); Телепнева-Оболенскогого они после того немедленно бросили в темницу и там уморили голодом.
   Наступило десятилетнее самовластие бояр, ознаменованное взаимною борьбою правителей и угнетением, которое причиняли народу их клевреты. Первое место между боярами заняла фамилия князей Шуйских (потомки удельных Суздальских), во главе боярской думы стал Василий Шуйский, человек способный, но жестокий ...
   Впрочем, Василий Шуйский скоро умер, а после него власть перешла в руки князя Ивана Бельского (из потомков Гедимина), который управлял государством довольно кротко и искусно, но, к сожалению, недолго Шуйские, имевшие на своей сторон многочисленную партию, свергли его и опять завладели правлением. Они не заботились о внешней безопасности России, расхищали государственную казну, а родственникам своим и приверженцам раздавали главные правительственные должности, позволив им грабить и притеснять народ.

   Между тем подрастал молодой государь. Иоанн имел от природы необыкновенно живые способности и пылкий, впечатлительный харктер, никто не позаботился дать ему хорошее воспитание. Бояре обходились с ним грубо, делали его свидетелем позорных сцен, часто оскорбляли самолюбие дитяти и тем  ожесточали его сердце. С ранних лет уже Иоанн начал обнаруживать жестокость, которая проявлялась и в самых детских его забавах, так, он находил удовольствие мучить животных или, разъезжая иногда с толпою сверстников по улицам Москвы, со смехом давил конями встречавшихся людей и т. п. Бояре нисколько не старались исправлять дурные наклонности Иоанна; напротив, поощряли его к подобным забавам, лишь бы отклонить его вмешательство в их управление; таким образом они сами приготовили грозу. В первый раз Иоанн показал себя самодержавным государем, когда ему было тринадцать лет: он вдруг приказал схватить гордого князя-правителя Андрея Шуйского и отдать его на растерзание своим псарям. Господство Шуйских зкончилось, а на их место заступили дяди государя по матери, князья Глинские, и несколько лет еще продолжались беспорядки боярского управления.
   Правительствкнная деятельность Иоанна IV. 1547 г был замечателным годом Иоаннова царствования. В январе государь короновался и принял титул царя, имевший по понятиям того времени высшее значение, нежели титул великого князя. Вслед за тем молодой царь вступил в брак, и выбор его пал на Анастасию Романовну, дочь боярина Романа Юрьевича Захарьина.Умная Анастасия умела приобрести благодетельное влияние на своего супруга, который ее горячо любил.

   Спустя несколько месяцев в Москве произошел большой пожар. Подобное бедствие не считалось редкостью в столице: при тесной, беспорядочной постройке ее деревянных жилищ и обыкновенно скоро забывалось по изобилию в лесе и по легкости, с воздвигались из пепла погоревшие улицы. Но пожар 1547 г. в июне месяце был особенно силен: сгорела большая часть города, причем погибло много народу. Царь с семейством уехал в ближнее село Воробьеве. А между тем московская чернь подняла мятеж, обвиняя в поджоге родственников царя Глинских.. Слух этот, вероятио, был распущен враждебными им боярами Один из братьев Глинских думал спастись от народной ярости в Успенском храме; но толпа нашла его и там умертвила, слуги его также были перебиты, а дом разграблен. Мятежники явились в самом Воробьеве и требовали выдачи остальных Глинских. Иван велел схватить зачинщиков и казнить. Тогда мятеж утих.
   Событие это произвело сильное впечатление на молодого сударя. Он оставил праздный образ жизни, посвященный забавам и обратил свое внимание на деятельность правительственную. С тех пор главное место в его совете заняли два достойные мужа
: протопоп придворного Благовещенского собора Сильвестр и один из царских спальников, Алексей Адашев, возведенный потом в сан окольничего.
   Для рассуждения о лучшем устройстве гражданских дел Иоанн созвал в Москву выборных людей от разных сословий государства (З е м с к и й    С о б о р). Перед началом совещаний однажды в воскресный день царь, сопровождаемый духовенством вышел на Красную площадь, покрытую народом, и с Лобного места произнес речь, в которой описал беспорядки и бедствия происшедшие во время его малолетства от самовластия бояр; в заключение ее просил народ забыть все прошлое, обещая ему вперед правосудие и защиту от притеснителей. Тогда же был составлен новый Судебник, более полный и определенный, нежели Судебник Ивана III (1500 г.). В следующем году царь созвал духовный собор и поручил ему обсудить меры к улучшению духовного сословия и к исправлению народной нравственности. (Статьи, которые обсуждались на этом соборе, разделены на главы, а потому он известен в истории под именем С т о г л а в о г о ).
   Далее, Иоанн хотел ограничить злоупотребления областных правителей (наместников и волостелей) На содержание их обыкновенно назначались поборы с самих жителей деньгами разными припасами и доходы с подсудимых, чго называлось вообще кормлением; но корыстолюбивые правители часто переступали пределы законных поборов и притесняли народ своим неправосудием, следствием чего были беспрестанные жалобы. Царь поэтому возобновил в Московском государстве древний обычай городских и сельских общин самим выбирать себе суд и правителей; новые выборные власти получили названия  г у б н ы х (или окружных) старост, и з л ю б л е н н ы х  голов, з е м с к и х  судей и пр.; выбранным людям от самих общин поручены были раскладки и сбор податей, поимка и казнь воров и разбойников. В некоторых областях Иоанн даже совсем отменил великокняжеских наместников и волостелей. Кроме того, он старался ограничить власть вельмож как в областях, так и в высших правительственных местах (т. е. московских приказах),тем, что поручал заведование гражданскими делами преимущественно дьякам.
   Потом царь сделал попытку более точным образом определить, в каких случаях может быть допускаемо местничество. Так назывался укоренившийся тогда в Московском государстве обычай считаться знатностию рода при занятии места в войске, в областном управлении, в придворных церемониях, за царским столом и пр., подобный обычай подавал повод к беспристанным спорам, и особенно вредил военному делу, потому что приходилось назначать главными воеводами людей не самых способных, а самых знатных.. Этот обычай получил начало с того времени, как уделъные князья стали вступать в службу великих князей московских. Княжеские роды старались занимать места выше боярских, а боярские старые роды выше молодых.

   Взятие Казани. В Казани со времен Василия III боролись две партии: Московская и Крымская, вследствие чего происходила частая смена ханов. В правление Елены там утвердился хан из Крымской династии (Сафа-Гирей). Когда он умер, казанцы снова признали свою зависимость от Москвы; но им не понравилось правление московского присяжника Шиг-Алея; партия враждебная русским, взяла верх и призвала на престол цаевича Едигера. Тогда Иоанн решил покончить с Казанью.
   В1552 г. он предпринял поход и окружил город 150 000 воинов, в числе  которых находились с т р е л ь ц ы (постоянная пехота, появившаяся около того времени в московском войске). Казанцы, подкрепленные многими мусульманскими витязями из Крыма, Астрахани, даже из отдаленной Турции и Персии, защищались с удивительным мужеством, и осада продлилась на шесть недель. Из московских воевод в этой осаде наиболее отличились князьяя: Воротынский, Курбский и Горбатый Шуйский. Наконец, 2 октября, после отчаянной обороны, город был взят приступом...


   Государь воротился в Москву, и народ с восторгом приветствовал это перрвое завоевание ненавистного б у с у р м а н с к о г о  царства. Впрочем, несколько лет еще на обеих сторонах Волги (нагорной и луговой) продолжалась борьба с племенами, входившими в состав Казанской области (т. е. с черемисами, мордвою, чувашами, вотяками и башкирами), которых поддерживали татары.
    Спустя четыре года после завоевания Казани, без труда было присоединено и слабое Астраханское царство, возникшее  на развалинах Золотой Орды. Таким образом, все среднее и нижнее течение Волги до берегов Каспийского моря вошло в Московского государства.
    Отношения к крымцам были постоянно враждебные. Будучи не в силах   помешать завоеванию Казани и Астрахани, крымский хан мстил России набегами на московские украйны; жег, города и села и тысячами уводил жителей в неволю. Московское правительство уже давно принимало разные меры, чтобы  обезопасить свои земли от этих внезапных набегов: оно строило просеки, делало засеки, для чего на открытых местах сыпали валы, валили деревья, а в реках на бродах вбивали колья. Кроме того, на курганах и высоких деревьях помещались сторожевые люди, которые о всякой опасности давали знать в Москву. Иоанн, со своей стороны, умножил на юге число крепостей и усилил сторожевые разъезды, наблюдавшие в степи за движениями татар Кроме того, царь иногда высылал на юг легкие московские отряды, которые, соединившись с казаками, спускались вниз по Дону или по Днепру и нападали на крымцев в их венных владениях Особенно был удачен поход под начальством  Даниила Адашева (брат Алексея), который проник в Крым, разорил несколько улусов и освободил значительно число русских пленников (1559 г ). Приближенные люди советовали Иоанну послать на Крым большое войско и завоевать его также же как Казань и Астрахань. Царь не решился на такое неверное предприятие трудно было покорить, а еще труднее удерживать Крым, отделенный от России обширными степями; притом же хан считался вассалом турецкого султана, следовательно  пришлось бы вступить в борьбу с турками, в то время еще могущественным и грозным народом. Оправившись от удара, несенного Адашевым, крымский хан возобновил свои притязания на Казань и Астрахань, однажды он напал на Россию врасплох и сжег самую Москву, причем погибло огромное количество народу, более 100 000 человек были отведены в неволю  (1571 г.). Девлет-Гирей повторил набег и в следующем году, но его отразил воевода князь Воротынский на берегах Лопасни.
   Покорение Сибири. В последние годы Иоаннова царствования русские пределы на востоке увеличились новым приобретением. Донские казаки под начальством Ермака завоевали Сибирское царство.
   Донские казаки хотя и признавали над собой власть Московского однако, нападая на татар, не щадили и русских, грабили на Волге царские  суда, разбивали персидские и бухарские караваны, приходившие с товарами в Россию Царь не раз посылал своих воевод, которые ловили и казнили рзбойников Одна казацкая шайка, спасаясь от преследования москвитян,бежала с атаманом Ермаком вверх по Волге и явилась на Каме.
   В Пермском краю между русскими поселенцами находились в то время богатые промышленники Строгановы. Получив от царя грамоту на пустые земли между реками Камой и Чусовой с тем, чтобы заселить эти земли, они завели здесь соляные варницы, а для защиты края от соседних народцев получили во строить крепости, иметь свои пушки и содержать на свой счет военные отряды. Последние составлялись из разного сброда  из русских и татар, из пленных немцев и литовцев, но их было недостаточно для того, чтобы перевести войну за Уральский хребет. Там существовало особое татарское владение, столицею которого был город Искер, или Сибирь, на берегу Иртыша. Сибирские ханы брали дань с туземных финских племен (вотулов и остяков), и хотя признали свою зависимость от московского царя (1554 г), однако не переставали нападать на русские восточные пределы. Строгановы предложили Ермаку с товарищами вступить к ним в службу, и те охотно согласились.
   Подкрепленный ратными людьми Строгановых, с отрядом в 800 человек Ермак пошел за Каменный пояс (т е за Уральский хребет) и, плывя по рекам, углубился в Сибирскую землю. Много трудностей должны были преодолевать казаки на этом долгом пути в борьбе с естественными препятствиями и туземными плменами. Но благодаря своему необычайному мужеству и огнестрельному оружию, неизвестному у туземцев, они счастливо окончили свое предприятие. Хан Кучум оставил им свою столицу, бежал в степи, а храбрый его родственник, татарский богатырь Магметкул, попался в плен (1582 г) Товарищ Ермака атаман Кольцо с несколькими казаками явился в Москву ударил челом Иоанну всем Сибирским царством, он привез и образцы туземных произведений драгоценных соболей, черных лисиц и бобров. Царь принял его весьма милостливо, послал казакам подарки и жалованье, а для занятия Сибири  отправил отряд московского войска .

  Борьба за Ливонию. Подобно своему деду, Иоанн IV старался завязать торговлю с западными державами и привлекать в  Россию разного рода европейских мастеров и ремесленников. Но непосредственные сношения с Западною Европою были в то время затруднительны сухим путем - мешала постоянно враждебная Польша, а водою - единственно свободный путь представляли Белое море и Северный Ледовитый океан. Этим отдаленным путем Московское государство не замедлило вступить в связи с англичанами.
    Торговля эта началась случайно. Три корабля отправились из Англии на северо-восток с тою целью, чтобы мимо берегов Ледовитого океана отыскать путь в Китай и Индию. Буря разлучила корабли, два из них у Мурманского берега замерзли со всем экипажем и с начальником экспедиции Виллоби. Лапландские рыбаки нашли мертвого Виллоби сидящим в палатке за своим журналом. Вместе с тем третий корабль, состоявший под начальством капитана Ченслера, вошел в Белое море и пристал к устью Северной Двины, где находился в то время монастырь св. Николая и где был потом основан Архангельск. Холмогорский  воевода дал знать Иоанну о прибытии англичан (1553 г ). Царь пригласил Ченслера в Москву, обласкал его и отпустил в отечество изъявив желание эавести торговлю с его единоземцами. В Англии немедленно составилось общество купцов для посылки товаров в Россию, а Иоанн даровал им грамоту на свободную беспошлинную торговлю в своем государстве, в то  же времямосковским и английским двором начались частые дружественные пересылки.

   На Балтийском море русские хотя и владели еще частью берегов Финского залива, но не имели значительных гаваней. К тому же  сношениям с Германией препятствовали Ливонские рыцари,которые поняли опасность, грозившую им со стороны могущественного соседа в том случае, когда он воспользуется плодами европейского образования. Орден старался не пропускать в Москву иноземных мастеров, а в особенности военных и тех людей, которые могли научить москвитян военному исксству.
   Иоанн ждал удобного случая отомстить ливонцам за их явное недоброжелательство и сильно желал возвратить России принадлежавшие ей некогда берега Балтийского моря. Поэтому едва окончилась борьба с татарами на Волге, как царь напомнил рыцарям о дани, которую они обязались платить по договорам с русскими великими князьями; когда же требование его не было исполнено, он начал войну (1558 г.). Ливонский  орден находился в то время уже в упадке; толпы крестоносцев из Западной Европы давно перестали подкреплять его, и остался один без всякой поддержки посреди своих сильных соседей. К тому же внутри его происходили раздоры: лютеране враждовали с католиками, магистры Ордена с Рижским архиепископом. Русские войска не встретили большого сопротивления, взяли несколько городов, в том числе Нарву, Дерпт, крепкий замок Феллин, и жестоко опустошили неприятельские земли. Молодой магистр Кетлер, видя невозможность защищаться одними собственными силами, уступил Ливонию польскому королю Сигизмунду II, а себе взял Курляндию и Семигалию с титулом герцога и признал свое герцогство в ленной зависимости от Польши (1561 г.). Около того же времени Эстония поддалась Швеции, а остров Эзель заняли датчане; таким образом, Орденские владения распались. Иоанн вступил в войну с поляками и лично отнял у них древний русский город Полоцк. В 1566 году в Москве собрался земский собор: царь спрашивал у него совета, продолжать ли войну или заключить мир? Решено было добывать Ливонию оружием.
   Между тем со смертию Сигизмунда II в Польше прекратилась династия Ягеллонов (1572 г.), и престол сделался избирательным. После нескольких смут и колебаний поляки брали своим королем трансильванского воеводу Стефана Батория. Стефан, бывший весьма искусным полководцем, решился энергически продолжать войну с русскими и лично повел на них  свои закаленные в битвах войска, которые состояли из наемной венгерской и немецкой пехоты, польской конницы и многочисленной артиллерии. Нестройные московские ополчения, предводимые неискусными воеводами, начали терпеть везденеудачи, перевес склонился на сторону поляков. В то же время шведы открыли военные действия; полководец их Делагарди оттеснил русских от берегов Финского залива. Баторий отнял назад Полоцк, взял несколько русских городов и осадил Псков. Но сильно укрепленный и обороняемый мужественным воеводою (кн.Ив. Петр. Шуйским) Псков оказал неодолимое сопротивление и отбил все неприятельские приступы. Его геройская оборона много способствовала прекращению войны. Иоанн обтился к посредничеству римского папы, который по этомму случаю прислал в Москву иезуита Антония Поссевина. Переговоры с поляками, производившиеся у Запольского яма (Порхов.уезда) окончились десятилетним перемирием (1582 г.), Ливония и остались за Польшею. А в следующем году заключено перемирие со шведами, которым уступлены были русские города, лежавшие около Финского залива (Ям, Ивангород и Копорье). Таким образом попытка Иоанна IV утвердиться на берегах Балтийского моря окончилась полною неудачей.

   Эпоха казней. В то время, как извне Россия вела долгую и трудную войну, внутри ее господствовала мрачная эпоха опал и казней. Согласие между царем и его ближайшими советниками т. е. Сильвестром и Адашевым, продолжалось недолго: пылкий, властолюбивый Иоанн скоро начал тяготиться влиянием своих любимцев. Сюда же присоединилось соперничество их с Захарьиными, родственниками царицы, и нерасположение к ним самой Анастасии.
   Начло этого нерасположения и охлаждения Иоанна к своим советникам относят к 1553 г. Вскоре после Казанского похода царь впал в тяжелую  болезнь; написал духовную, назначил наследником своего сына, младенца Димитрия, и требовал, чтобы бояре ему присягнули. Тогда во дворце произошли шум и брань: одни дали присягу; другие отказывались на том основании, что Дмитрий мал и вместо него будут управлять Захарьины, что лучше быть государем человеку взрослому
; при этом они указывали на царского двоюродного брата Владимира (сына Андрея Старицкого); последний также не хотел присягать Димитрию.Сильвестр и отец Адашева держали сторону непослушных бояр. Только после настойчивых убеждений царя и верных вельмож , противная сторона уступила. Иоанн выздоровел; хотя он не показал на первое время явных знаков неудовольствия, но не мог забыть этого случая и подозрительно начал смотреть на людей, его окружавших. Царица также считала себя оскорбленною.
   После выздоровления Иоанн вместе с женою и маленьким Димитрием по обету поехал на богомолье в Кириллов Белозерский монастырь. Сначала царь заехал в Троицкую лавру. Здесь, - рассказывает князь Курбский в своей Истории Иоанна Грозного, - с ним беседовал  знаменитый Максим Грек и уговаривал его не предпринимать такого дальнего и трудного путешествия, а лучше заняться облегчением участи вдов и сирот, которые остались после воинов, павших под стенами Казани. Но царь поехал водою в Кириллов. Путешествие было действительно несчастливо
: Иоанн лишился сына. Дорогою в одном монастыре он виделся с бывшим коломенским епископом Вассианом и спрашивал его как надобно царствовать, чтобы вельмож иметь послушании. "Если в хочешь самодержцем быть, - отвечал Вассиан, -то не держи советников умнее себя» (намек на Сильвестра и Адашева).
   В 1560 г .  Анастасия скончалась. Около того же времени Адашев и Сильвестр были удалены от двора; первый отправлен в Ливонию, где он вскоре умер, а второй сослан в Соловецкий монастырь; их родственники и друзья подверглись опалм и казням. Не стесняемый более присутствием строгих советников и любимой супруги, Иоанн начал находит рзвлечение в шумных пирах, порочных забавах и давать полную волю своему крутому, необузданному характеру. С особенною жестокостию стал он преследовать боярское сословие, потому что бояре продолжали отстаивать свои древние права, которые могли ограничивать его самодержавие. В этом отношении царь продолжал политику своего отца и деда, доводя ее до крайней степени. Еще Иван III не хотел признавать за боярами их старинное право отъезда и тех, которые переходили в Литву (т. е. в Западную Русь), объявлял государственными изменниками С того времени при московском дворе вошло в обычай брать с ненадежных бояр крестоцеловальные записи в том, что они не изменят и не отъедут в другое государство; подобная запись иногда сопровождалась денежным поручительством со стороны родственников и друзей.
   Один из лучших московских воевод, князь Курбский, опасаясь царской немилости, бежал из Ливонии во время войны в Литву; он получил от Сигизмунда поместья и в рядах неприятельского войска начал сражаться против своих соотечествеников. Между царем и Курбским завязалась знаменитая переписка; в этой переписке Иоанн, отличавшийся большою начитанностию и красноречием, изложил свои понятия о неограниченной  царской власти, а Курбский старался защитить старинные боярские права. После того в Иоанне еще сильнее развилась подозрительность: его воображению повсюду представлялись тайные. козни изменников и предателей. В таком настроении духа царь неожиданно покинул Москву и уехал с семейством и близки людьми в Александровскую Слободу (1564 г.); отсюда он написал к митрополиту и народу о своем намерении оставить престол, потому что он не хочет сносить более предательства вельмож, за которых притом заступается духовенство. Встревоженный народ умолял его не покидать царство. Иоанн согласился, но с условием, чтобы ему не мешали казнить изменников и учредил опричнину.  Так назывался новый двор царя, составленный из людей, вполне ему преданных и большею частью незнатных (преимущественно из сословия боярских детей), на содержание этого двора он отделил часть Москвы и доход с 20 городов. Все остальное государство получило название  з е м  щ и н ы, управление которой поручено старым, з е м с к и м  боярам. (Впоследствии царь поставил над ними главою крещеного касимовского хана Симеона Бекбулатовича с титулом великого князя всея Руси). Толпа новых телохранителей сделалась грознным и слепым орудием царской воли; опричники безнаказано буйствовали и обижали мирных граждан; почему они скор навлекли на себя народную ненависть. Из них самые приближенные к Иоанну были Малюта Скуратов, Басмановы отец с сыном и князь Вяземский.
   С той поры Иоанн жил большею частию в укрепленной Александровской Слободе, и все остальное время его царствования не прекращались казни людей, подозреваемых в измене. Соловецкий иегумен  Филипп (из рода бояр Колычевых), по желанию Иоанна 'занявший престол митрополита, не хотел отказаться от священного обычая ходатайствовать (печаловаться) за опальных; твердый духом, он смело обличал недостойное поведение царя, и буйство его опричников. Филипп был отрешен и заточен в тверской Отроч. монастырь, где его потом задушил Малюта Скуратов (1569 г.) Тогда же погиб и двоюродный 5рат царя Владимир Андреевич.

   Разгром Новгорода. В следующем году целый Новгород сделался жертвой Иоанновой подозрительности. Новгородцы все еще не могли забыть своего прежнего вечевого устройства и, по всей вероятности, явно готились суровым московским владычеством; как бы то ни было, их обвинили в намерении поддаться польскому королю. Иооанн, сопровождаемый опричниками и стрельцами, явился в Новгороде и тут в течение шести недель производил свою кровавую расправу.
   Пришедши в Новгород, передовой царский отряд устроил кругом заставы и запер окрестные монастыри. Схватили иегуменов, монахов, священников и поставили на правеж (т. е. били каждый день, взыскивая с них деньги); купцов и приказных людей заключали под стражу. Приехал сам Иоанн и велел иегуменов и монахов, стоявших на правеже, побить до смерти. Отправился к обедне в Софийский собор, на Волховском мосту встретил его архиепископ Пимен и хотел осенить крестом; Иоанн не  пошел ко кресту и назвал Пимена изменником. После обедни обедал у архиепископа и тут вдруг велел его схватить, а казну и весь двор его ограбить. Начались казни новгородцев, окавшихся под стражей Их пытали огнем; а потом бросали в Волхов вместе с женами и детьми; чтобы никто не мог спастись, ратные люди ездили в лодках и кололи тех, которые всплывали наверх. Так продолжалось пять недель. Наконец, утомившись казнями, он велел из уцелевших граждан привести к себе с каждой улицы по одному человеку Они явились бледные как мертвецы, дрожа от страха в ожидании смерти. Иоанн объявил им, чтобы они ничего не боялись и молились Богу о царском благоденствии, а пролитая кровь взыщется на изменниках Пимене и его помощниках. Из Новгорода Иоанн отправился в Псков. Псковитяне встретили царя каждый перед своим домом с женою и и детьми, стоя на коленях с хлебом-солью в руках. Покорности смягчили царя. (Предание говорит, что Иоанн посетил здесь юродивого Николу Салоса и тот, несмотря на время великого поста, будто предложил ему кусок сырого мяса, обличая его таким образом в кровожадности).

   По возвращении в Москву началось следствие о новгородской измене. Многие московские бояре и дворяне были обвинены в соучастви и казнены. В числе их погибли прежние царские любимцы Басмановы и князь Вяземский.

   Такими жестокими мерами Иоанн IV уничтожил всякое сопротивление своей власти и сделал ее вполне неограниченною, но по справедливости заслужил в истории  славу тирана *.

   Иоанн умер  в 1584 г. Из детей Анастасии достигли совершенолетнего возраста Иоанн и Федор, во время войны с Баторией царь рассердился однажды на старшего сына за противоречие и так неосторожно ударил его своим железным костылем, что царевич через несколько дней скончался. В живых после того остались только Федор и малолетний Димитрий (рожденный от седьмой жены Иоанна Марии Нагой). Престол должен был перейти к Федору.

* Народные песни и сказания,   однако,    относятся с уважением к Иоанну IV и назывют его  Г р о з н ы м (это прозвище дано было и деду его Иоанну III), во время вражды его с боярством народ, очевидно, был на стороне царя. Только к одному из бояр Ивана IV песни народные относятся с большим  сочувствием, именно к Никите Романовичу, брату Анастасии Романовны. По историческим известиям, он является также единственным лицом, которому Грозный в конце своей жизни оказывал неизменное уважение. Никита Романович Юрьеы - Захарьин умер в 1585 г. Сыновья его сьали называться просто Романовы.

Источник: Учебники дореволюционной России по истории. Сост. Т.В. Естеферова, М.,1993, сс. 246 - 256

  Содержание учебника Далее


История России Историки России История Урала История Оренбуржья  Курс лекций Планы практических занятий Тесты Художественная литература Советы и рекомендации Учебные вопросы Литературные задачи Биографические задачи Проблемные задания Библиотеки Документы Хронология Исторический календарь  Архив Ссылки Карта проекта Автор Обновления Титульная страница

Rambler's Top100 Союз образовательных сайтов

© Заметки на полях. УМК. 1999 - 2008